То же, но в хорошем качестве: kayak2009.avi

На Хамар-Дабан планировалось идти как на увеселительное мероприятие. Изначально мечталось, что заходить мы будем толпой, с намерением позагорать и построить иглу. Затем народ меня покидал – спустя три дня, а я еще недельку бродил по гольцам.

Хочешь насмешить Бога – расскажи ему о своих планах. Когда Он подслушивал мои планы, ему, как обычно, было очень весело, и всемогущий решил подкинуть пару квестов и несколько изменить условия пребывания на выбранном мною уровне.

На локации Хамар-Дабан в зимнее время года я еще никогда не был. Да и после летнего пребывания там в свое время я еле унес оттуда свои ноги, причем в буквальном смысле этого выражения. Итак, я, взяв у Гуторова В.В. (директора нашей городской туристической фирмы «Горизонт-Экстрим») широкие лыжи и информацию, отправился в Иркутск к своим друзьям, с которыми периодически попадаю в различные приключения.

Насторожился я еще в поезде. Ну, никогда я еще не ездил на транспорте без происшествий, приключений, острых ощущений и всего такого прочего, что так нужно экстремалам, к которым я себя всегда причисляю. Чуть не умер от скуки. Абсолютно ничего. Это навевало мысли о том, что в походе мой лимит приключений заметно повыситься, а хорошее, как известно, хорошо лишь в меру.

Мой друг, Евгений Лепихин, мой периодический напарник, еще на вокзале (он меня встречал) выдал мне новость, что мы идем с ним вдвоем. В итоге приятный факт являл собой только вожделенный килограмм сырокопченой колбасы на двоих. Тем не менее, Жека, как, впрочем, и всегда, снова забоялся умирать в походе с голоду, в связи с чем количество продуктов в моем рюкзаке заметно превысило прочие вещи.

Пару дней гостил в Иркутске. Скуку разбавляла демонстрация фильмов о сноубордистах, которые Зина, жена Жеки, крутила по вечерам.

Первый день похода прошел в работе. Пока мои деревянные широкие лыжи не спеша топали по лыжне, Жека на своих пластиковых беговых бегал туда-сюда. Без меня он наверняка добрался бы в два с половиной раза быстрее. Однако шли мы достаточно споро и ближе к метеостанции обогнали кучу народа. Правда, встреченная нами двойка супертеток однозначно обогнала бы нас, если бы те действительно этого хотели, несмотря на то, что шли они пешком. Супертетками мы называем тех женщин преклонного, престарелого и постпрестарелого возраста, которые с изборожденными непогодой суровыми лицами уходят вдаль, в другие миры, передвигаясь при этом вроде бы неспешно, но настолько быстро, что догнать их просто невозможно в принципе. Такие тетки могут унести в поход коня, а горящую избу просто столкнуть в речку. Они появляются и бесшумно исчезают. Их опыт туризма часто еще при коммунистах измерялся десятилетиями, поэтому при современных технологиях изготовления снаряжения они передвигаются просто с умопомрачительной скоростью.

Основы туристической подготовки супертеток мы с Жекой нашли позже в зимовье, где на полке лежала пачка черно-белых фотографий с походов, естественно еще времен холодной войны. В тяжелой одежде, с рюкзаками-колобками, не знающие, что такое поясной ремень, с баяном в руках замыкающего и огромным красным флагом в руках ведущего (то ли они потом его использовали в качестве коллективного одеяла, то ли в качестве коврика) они ходили по просторам нашей Родины. Их медицинская аптечка состояла из такого количества пунктов, что сейчас им позавидует не только любой врач скорой помощи, но и каждый второй травмпункт. Но и этого веса им было мало, и они носили с собой на вершины гири!!! Причем самого большого достоинства. Неудивительно, что такая закалка превышает самые жестокие тренировки жесткого цигуна. Люди, которые прошли такую русскую школу – не боятся встретить медведя, это медведь очень боится встретить их!

Но вернемся к современному отстою, то бишь к нам с Жекой. Мы неторопливо скользим по лыжне, которую приказал нарезать местный мэр, тоже заядлый турист. Его приказ категоричен: туризму – ДА! По тропе уже не ездят зимой машины, как раньше, так мэр радикально прекратил это действо путем закладки большого бетонного блока при въезде в лес. Поэтому, мы наслаждаемся скольжением, обгоняя то туристов, то сноубордистов, упорно тащащих свои доски до пика Черского.

Мои мечты попить чаю в таверне не оправдались: Жека протащил меня мимо. Когда через пару километров после таверны мы сняли лыжи и пошли пешком, то я мечтал, как на турбазе под Черским я буду пить ПИВО. Спустя пару часов я уже был согласен просто на чай с блинами.

Прогулка по лесу сильно напоминала обстановку игры STALKER: то тут, то там таблички и указатели, навевающие на самые грустные мысли любого поклонника этой игры со стажем, достаточным для психоза. ПОСТ №1 РАДИОМЕТРИЧЕСКОГО КОНТРОЛЯ. Осторожно, ведутся взрывные работы! Внимание, дальше дикая территория!

Надо отметить, что скольжение по лыжне не было таким уж беззаботным. Я в одном месте промазал мимо мостика через ручей и выехал на лед. Все было бы хорошо, не потеряй я равновесие и не обопрись рукой на лед, который под ней и провалился. В итоге я упал и промочил руку.

При подходе на метеостанцию выяснилось, что и пиво, и чай, и пирожки на турбазе отменяются. Пару дней назад, группа из тридцати стажеров милиции, в полном вооружении, взяла базу под свой контроль. Так как нас было всего двое, то оставалось только смотреть в сторону теплой и удобной базы, корчить туда рожи, делать неприличные жесты и довольствоваться собственным остывшим чаем из термоса, да сухим пайком.

В пятом часу вышли с метеостанции и начали подъем по серпантину. Я высказал крамольную мысль, что в свое время от серпантина я ожидал большего и он не шибко то и большой. Видимо, я сказал это громко и меня услышал тот, кому эти слова не предназначались. Серпантин замкнулся в петлю Мебиуса. Но мы не сдавались и перли вверх, вгрызаясь в снег до тех пор, пока неведомый враг не отступил и мы не вырвались на снежный простор, поражающий своей чистотой, красивыми редкими деревьями и абсолютным, в полном смысле этого слова, отсутствием каких бы то ни было дров. Прошли мимо тропы на Черского и немножко спустились по противоположному серпентину. Снизу натаскали дров. Я выразил мысль, что нужно выкопать место под палатку. Жека так долго и истерически смеялся, что я стал подумывать, не отразились ли тяготы трудового дня на его несчастной психике. Однако я не сдался и решил выкопать место под костер, пока Жека ставит палатку. Спустя полчаса я уже начал думать, что рою гору насквозь. Еще через десять минут я под издевательским взглядом Жеки, который уже давно поставил палатку, бросил подштучник, которым рыл снег и заявил, что без лопаты я больше в эти проклятые места не пойду. Жека подобрал наш импровизированный инструмент и через десять минут таки докопался до земли. Получилась большая воронка с высотой стенки со стороны склона примерно метр сорок. В этой воронке мы и поужинали, выпили, а утром и позавтракали.

Спал откровенно плохо – всю ночь донимали кошмары. Утром, после попытки разбудить Жеку, закончившейся полным провалом, сготовил завтрак. Жеку смог разбудить только запах котелка с похлебаном. Собирались долго, вышли на Черского только в одиннадцать часов, когда все нормальные люди с турбазы уже прошли вверх. Хотя, с нашим темпом передвижения… По дороге немного отклонились и поздоровались с Ролиным. Это иркутский гуру по строительству иглу. Большой организатор всего и вся. Жека сказал, что Ролин периодически ведет курсы по строительству снежных хижин, на майские праздники каждый год организует бардовский фестиваль в районе Мунку-Сардык (надеюсь, ничего не напутал).

Восхождение на Черского, конечно, не такое попсовое, как летом, но проблем не вызывает никаких. От лагеря у нас ушло вместе с задержкой на иглу час пятнадцать, спустились за сорок пять, попрощавшись по пути с Ролиным.

Жека уговорил меня пойти в зимовье Кяхта. Его беговые ботинки сильно промокли и он хочет обсушиться. Ну, что ж, я тоже не против, к тому же Жека говорит, что от зимовья сходить на пик Чекановского летом уходит восемь часов. Можно рискнуть.

Вскоре мы на зимовье. Облазили округу в поисках дров. Сначала кидали полено с веревкой на деревья и обламывали тонкие сучья. Потом я залезал с пилой и отпиливал толстые. Возились долго. Долго ужинали, возможно из-за водки. Жека спал под нарами, я на нарах.

Спал очень плохо – снова всю ночь донимали кошмары. Попытка разбудить Жеку не удалась. Затопил печку, сварил завтрак. Не сразу, но таки разбудил засоню-напарника. Чего то с ним в походе в этом не то…

В начале десятого уходим на перевал Чертовы Ворота. Там оставляем лыжи. Долго думали, но таки порешили оставить лыжи и попробовать пройти пешком.

От перевала до вершины примерно семь километров хода. Ну, конечно, это немного покруче, чем идти на Черского. Сейчас, в одном месте, когда заходишь по скальным останцам от перевала, я бы посоветовал пройти в кошках и со страховкой. Скользкий участок шириной полметра и длиной метров шесть. Перспектива либо свалиться вниз в одну сторону с высоты метров сорок, либо уйти с высоты в сто пятьдесят вместе с нехилой лавиной в другую сторону. Жека предлагал все таки обвязаться, но я принял решение рискнуть и пройти на так. В остальном – есть, конечно, парочка участков, где с кошками чувствовал бы себя увереннее. Зато – как красиво. По пейзажам здесь на порядок круче, чем на Черском. Просто потрясающие виды. Итого обернулись туда-сюда за семь часов, с получасовым перекусом.

Дрова на зимовье набрали по ходу. Жека дотащил их до ответвления на избу, а я, обмотав лыжи веревкой, затащил охапку наверх. Ужинали и допили жалкие капли настойки.

Спорили с Жекой, будут ли у нас гости. Я чего-то чуял, Жека уверял, что безосновательно. Минут через двадцать, в темноте, явилась четверка из Новосибирска. Два мужчины, две женщины. Руководитель простывший. Они не смогли пройти зимними каньонами Дабатого и им пришлось возвращаться обратно. Их лыжи напоминали гибрид деревянного конструктора ЛЕГО с отечественным болтовым железным конструктором.

Перспектива спать в зимовье, рассчитанном на двоих, вшестером, меня не вдохновила, поэтому закопался метрах в ста от избы, под молодыми кедрушками.

Спал изумительно. В семь утра окончательно проснулся. Валялся до восьми. Не выдержал, пошел и разбудил напарника. Новосибирцы вставать отказались. Сварили завтрак. Жека сильно мерз, поэтому я принял роковое для себя решение – порезать колбасу самому. Под рукой у меня всегда только мой керамбит от Cold Steel. Из-за его крупных размеров и формы порезать им что-то на плоскости не представляется возможным, да и он вообще не предназначен вообще никак для хозяйственных нужд – это исключительно инструмент. Он не только рассек промерзший кусок сырокопченой колбасы надвое, но и как масло прошел через двойной слой ткани моих спецназовских штанов (ткань обладает просто офигенной прочностью и весьма стойка к порезу), нанесла урон моему термобелью и глубоко развалила мою ногу. Я всего лишь надавил на нож! Я вспомнил, как народ в Интернете на форумах критиковал, что, во-первых, классический керамбит неэффективен против человека в зимней одежде, а во-вторых, критиковал размеры и форму изделия от Cold Steel. Теперь я могу с уверенностью сказать, что специалисты этой прогрессивной фирмы создали клинок с такими характеристиками, что ему глубоко наплевать на наличие плотной одежды на человеке. Если учитывать, что ранее я убедился в большом эффекте колотых ударов данной модели (что также для керамбитов не естественно), то данный инструмент являет собой очень страшное оружие.

Наложил мощную повязку. Дозавтракали. Ближе к одиннадцати не выдержал и пошел будить новосибирцев. Пока они обедали (или поздно завтракали), я заштопал бахилы и тщательно подготовил к поклейке свои ботинки. Новосибирцы готовились к радиалке на Черского, кроме руководителя, который из-за болезни оставался в избе. Жека собирался домой. Я переоделся и снял повязку на ноге. Рана была настолько глубокой и разваленной, что вывод напрашивался сам собой – надо зашивать.

Опыта кройки и шитья собственного тела у меня не было. Как чуял, взял из дома в поход шелковые нитки. Гриша, руководитель новосибирцев, светил фонариком мне на рану, а я сорок пять минут пихал туда толстую иглу пассатижами. С противным скрипом игла елозила там, никак не хотя пронзать плоть. Шил без обезболивающего и без стерилизации инструмента и рук. Как ни странно, но впоследствии оказалось, что зашил я достаточно добротно.

Заклеил ботинки. Тройка к тому времени уже ушла, Жека в час дня также нас покинул. Весь день сидели с Гришей и разговаривали. Днем сделали перерыв, он спал, я тоже, только на улице на коврике.

Вечером пришла тройка, хорошо посидели. Я улегся спать ночью под нарами.

Спал хорошо. Ночью начался буран, естественно, не закончившийся утром. Я решил выйти со всеми. Лыжни не стало, шли по еле заметным следа. Олег, ударная сила группы, сломал на выходе надвое одну из лыж. Горячий ремонт. Но, большую часть пути до Слюдянки прошел пешком. Я шел на тормозилах, которые снял лишь на таверне. Шел в паре с Натальей – весьма симпатичная девушка, хороший партнер в двойке. Готов променять все свое имущество на такого напарника!

На таверне устроили сухой перекус. Там вообще никого не было. Кроме котов, которых явно оставили питаться туристами. Отбились с большим трудом но без потерь. Слабую двойку или тройку они, скорее всего, все-таки бы завалили бы и съели.

В Слюдянке пробовал уговорить новых друзей остаться еще на сутки, но народ спешил домой, пришлось смириться и выть на луну одному. Выпили с девчонками пива с омулем и я посадил их на поезд.

Посидел с парнем (вылетело из головы, с какого он города). Классный парень, здорово поговорили с ним о снаряге, он подкинул мне кой какие идеи. Искренне был рад поговорить с таким. Посадил его на электричку в Иркутск, где он сядет на самолет. Его команда уехала на поезде вместе с Новосибирцами, а вышли они с Тункинских гольцов.

Познакомился с супердедом. Древний муж, который колесит по зимней стране на лыжные марафоны. На Утулик его не пустили из-за преклонного (даже не то слово) возраста. Дед что надо. На Белова (организатора марафона) он жестоко обиделся. Ночью он сел на поезд.

На вокзале куковал двое суток – ждал Волчонка, бывшего партнера. Дождался. Погуляли по замерзшему Байкалу.

В поезде ехали с ней же, места рядом. Сначала даже без приключений.

Потом на поезд сели гопники. Одно место у них было в нашем купе. Ночью они сильно шумели и разбудили меня (которого уже три дня мучила бессонница и я только задремал). Попросил их не шуметь. Меня послали по известному адресу. Пошел к проводнику и попросил разогнать компанию. Проводник попросил народ не шуметь, но весьма вяло, как потом оказалось – гопота, это железнодорожники. Ну, естественно, им не понравилось то, что я обратился к проводнику и они пытались отыграться. Потом пытались ткнуть меня вилкой (надо сказать, что в темноте я и не видел, чем меня тыкали, это потом уже увидел). Мне повезло, что они где то потеряли третьего бойца и мне осталось иметь дело только с двоими, а также в поезде недостаточно пространства для реализации крупных сил, к тому же гопники сидели. Короче, закончилось все удачно, ребята извинились, я тоже, обстановку накалять больше не стали и все дружно легли спать. Гопники с полчаса полушепотом построили планы, как завтра подъедет братва и они разберутся с мужиками из соседнего купе, которые обидели их до меня. Потом у моего попутчика Юры, который спал на верхней полке сперли тапки. Похитителя я заметил и через полчаса вернул похищенное обратно. Юру будить не стал.

В Белогорске сдал Волчонка на руки ее отцу, заплатил проводнику триста рублей и доехал до Буреи. Вот и вся поездка. Приключений на оценку «хорошо».

Выводы после похода:

1. нужно переходить на скайтуровские лыжи, но с тросиковыми креплениями. У москвичей видел интересную модель – очень мощная и прочная, не чета моим и Гуторовским.

2. на Хамар-Дабан без лопаты я больше не пойду.

3. надо купить хороший шовный материал.

4. в аптечке следует держать грамм пятьдесят спирта.

5. в поход я пошел без фонарика, так как надеялся на свое ночное чутье. Ага, как бы я зашил себе ногу, не будь у команды из Новосибирска фонарика? Впрочем, начал я штопать при огне свечи, но это в зимовье работает, а на улице ночью? Знаю, что зашил бы, но не так просто.

6. сколько можно ходить с моим спальным мешком, если я все равно не сплю как человек?! Надо менять на тот, что даст возможность спать клубком. Еще одно – а как бы я зашивал рану, не будь зимовья? Правильный спальник позволил бы мне сделать это с минимальным охлаждением.

7. мой рюкзак хорош всем, кроме подвесной системы. Но я не могу пока найти то, что меня удовлетворяет. А искать надо.

8. не хватает мне той выносливости, что я имел до травмы коленей – потому что я не бегаю. Надо придумать программу и бегать.

9. Немного не хватает физики.

10. не взял с собой крем для морды. В итоге она облезла. Сейчас хожу как дурак, с облезлой мордой. Так мне и надо.

11. не взял станок для бритья в поход. В поезде сильно мучился, пока Юра не дал мне свой. Волчонок в первый раз в жизни увидела мужика, который страдал от желания побриться. Ну не люблю я шерсть на своем теле!

12. нужно сшить на рюкзак нормальный чехол.

13. у Натальи видел бахилы. Хочу себе такие же.

14. Как бы Жеку посадить на более скудный паек?

15. нужна своя газовая горелка.

16. нужен более широкий коврик – из-за того, что я сплю клубком, я не умещаюсь на стандартном по ширине.

]]> http://john.5070.info/2009/03/%d0%bf%d1%80%d0%be%d0%b3%d1%83%d0%bb%d0%ba%d0%b0-%d0%bd%d0%b0-%d1%85%d0%b0%d0%bc%d0%b0%d1%80-%d0%b4%d0%b0%d0%b1%d0%b0%d0%bd/feed/ 1